Тратуар промок и почернел, а я бежал басиком, боясь опаздать...

С детства меня учили, что девушкам надо уступать, что нехорошо говорить громко в больницах, автобусах и подобных заведениях, что руки после еды, как и перед ней, надо мыть, что нельзя переходить дорогу на красный свет. Всё это было прочно вытесано на стенках моей черепной коробки, которую наполняли странные, порою асбурдные, серые как тратуар, мозги. Однако, шло время, вырезанные правила начинали блекнуть в некоторых местах, а иные так и вообще заносились пылью эрудиции и прекращали своё существование. На камнях своих разрушенных надежд, по поводу счастливой беззаботной жизни, я строил своё будущее, которое, как мне казалось, всё же будет лучше, чем я начинал бояться.
Настал момент, когда я обзавёлся хорошим домом, дружной и любящей семьёй, автомобилем, увлекательной и хорошо-оплачиваемой работой и прочими прелестями мирской жизни. Тем не менее, внутри жила маленькая колючка, которая с каждым годом разрасталась и начинала всё больше колоть сердце.
То был самый противно-стандартный день будней жизни, когда проект был сдан, а новый не был получен, по причине чего на работе я ничем полезным и интересным не занимался. Я решил пройтись пешком до дома, поэтому оставил машину на стоянке, возле работы. Я шёг медленным размеренным шагом, пытаясь найти то, что сможет вылечить меня от этой колючки. Вокруг ничего не было: ни Дома, ни семьи, ни работы, ни автомобиля...был лишь я, абсолютно один. В этот грустный и неприятный момент моей жизни, раздался странный звук, похожий на тот, когда на землю падает что-то тяжёлое. Я повернул голову в сторону звука и увидел старика, который лежал на тратуаре, прижав руку к тому месту, где пульсирует сердце. Я быстро подошёл к нему, приподнял над землёй и спросил, всё ли с ним в порядке. Ответом мне был дряхлый скрип, раздавшийся из уст старца, который вещал о том, что старик просит выполнить его предсмертное желание - сказать его внукам, что он их будет всегда любить. Ещё скрип уточнил, что внуки уезжают на поезде, а я - неизвестный "спаситель", должен успеть рассказать им о старце.
Выслушав номер поезда и время отправления, я посматрел на часы - до отправления оставалось два с половиной часа. Равнодушное настроение, пропитанное суетой серых денежных дней, внезапно сменилось чувством долга перед этим стариком, который, кстати говоря, ушёл в мир иной, спустя несколько секунд после своих слов. Я ринулся на стоянку за автомобилем. Как и следовало ожидать, по закону подлости, автомобиль отказался заводиться. Я выбежал на дорогу: автомобилей не было - все куда-то подевались. Тогда я понял, что мне остаётся бежать - бежать до вокзала! И я пустился в дорогу. Я бежал с максимальной скоростью, которую мог развить. Уже спустя несколько минут, я понял, что бежать будет легче без этих стесняющих и заковывающих туфлей: я скинул их с ног и побежал дальше. Пробегая поворот, тот, на котором стоит старенькая книжная лавка, я зацепился за что-то металлическое и порвал носки. Я снял и их, и продолжил бежать басиком. К этому времени я уже скинул пиджак и галстук, рубашка была растёгнута.
Не знаю почему, но я вдруг остро ощутил, что если я выполню просьбу старца, то колючка обязательно исчезнет! Весь мир внезапно приобрёл цвета, о которых, в погоне за деньгами, я уже совсем забыл. Впервые в жизни я почувствовал, что делаю что-то действительно значимое! Грязный воздух города вдруг очистелся и стал наполнять меня силами - я практически летел. Неожиданно пошёл дождь, сильный, но тёплый. Тратуар промок и почернел, а я бежал басиком, боясь опаздать. На ходу я взглянул на часы: оставалось ещё полчаса! Но я был уже совсем близко. Вот уже и крыша вокзала видна! Я шёл по вокзалу, не обращая внимания на людей, которые с нескрываемым удивлением смотрели на меня. Добравшись до табло с маршрутами и временем отправления, я стал жадно искать нужный поезд, чувствуя как сердце начинает биться всё сильнее и сильнее. Оставалось десять минут, а я всё никак не мог найти нужный поезд. Я не выдержал, руганулся на свою невнимательность и отправился к кассе, там естественно, была очередь. Не желая опаздывать на поезд с надеждой - так я уже про себя прозвал поезд с внуками старца - я протиснулся сквозь очередь. Оставалось 2 минуты. Я пробрался к окну и спросил с какого пути отправляется нужный мне поезд [номер я проговорил чётко и с расстановкой].
В следующий момент, я понял, что мой поезд с надеждой об избавлении от противной колючки, которая уже доросла до горла, мешая нормально дышать, уже уехал...я не опаздал, а он уехал.
В шоке, без сил сказать что-либо, я обпёрся о стенку и скатился по ней вниз, сев прямо на пол, продолжая повторять про себя слова кассиршы о том, что такого поезда нет. И никогда не было! НИКОГДА!

p.s.
Позже у меня обнаружили злокачественную опухоль в районе сердца, которую, тем не менее, удалось удалить.
Сейчас мне уже далеко за восемьдесят, но я до сих пор вспоминаю того старца и его поезд, который освободил меня из плена суеты и слишком-правдивых будней...